История Ханты-Мансийского автономного округа, которому исполнилось 90 лет, складывается из историй отдельных семей. Неслучайно так велик в последнее время интерес к своей родословной у многих югорчан. Семья Барышниковых, приехавшая в Ханты-Мансийск в 1954 году, знает свою родословную с 1650 года. С Сергеем Барышниковым, одним из инициаторов создания в Москве югорского землячества, много лет проработавшим на Самотлоре, беседует наш корреспондент.

– Сергей Павлович, расскажите о вашей семье. Я знаю, что ваши предки оказались в округе не по своей воле.

– На Север наша семья попала волею судьбы и линии партийного руководства страны.
В 1929 году в селе Заречном Октябрьского района Ханты-Мансийского округа наш отец – Павел Александрович Барышников – оказался в возрасте 16 лет после раскулачивания крепкого казацкого рода Барышниковых.
Его отца Александра Ивановича и деда Ивана Александровича, работящих, зажиточных казаков из станицы Верхние Караси Медведевского района Златоустовского округа (ныне Чебаркульский район Челябинской области), арестовали, а затем расстреляли. Имущество, разумеется, советская власть конфисковала в пользу государства. Между прочим, Александр Иванович участвовал в «войне с германцем», его грудь украшали два ордена Святого Георгия Победоносца.
А вся семья Александра Ивановича была отправлена на необжитый Север. На тот момент у него было семеро детей: младшему, Михаилу, едва исполнился год. Наша бабушка Анастасия Андреевна, потерявшая мужа, отправилась с детьми в ссылку. Павел в свои 16 лет оказался опорой семьи, рано повзрослевшим мужчиной. Спецпереселенцев высадили на крутом берегу Оби прямо посреди тайги. Первым жильем в поселке были землянки, потом появились промартель и промкомбинат, спецпереселенцы начали заготовку леса.
Когда пришло время, Павел женился, познакомился с девушкой на лесоповале. Наша мама Ольга Аркадьевна тоже была из ссыльных, из кулацкой семьи.
В конце декабря 1943 года родился мой старший брат Александр, в самом начале января 1946 года – Николай. В 1951-м появился на свет я, а еще через два года – сестра Маша.
В Ханты-Мансийске отец работал на горпищекомбинате механиком. При его участии построили кондитерский, макаронный и колбасный цеха, пивоваренный цех, наладили производство газировки.

– Николай Павлович Барышников, в 1980-е возглавлявший Ханты-Мансийский горком партии, – ваш брат?

– Да. Николай окончил сначала наше Ханты-Мансийское педучилище, а затем Тобольский государственный педагогический институт по специальности «физика». После армии три года преподавал сразу в двух школах Ханты-Мансийска, а по вечерам – в техникуме. Брат работал в комсомольских, партийных, исполнительных органах власти в Березово, Ханты-Мансийске, Урае и прошел путь от секретаря горкома, окружкома комсомола до замглавы окружной администрации. В восьмидесятых его избрали первым секретарем горкома партии Ханты-Мансийска. Более 20 лет Николай был депутатом Тюменской областной думы: с 1994 по 1997-й занимал пост председателя думы первого созыва, затем был депутатом со второго по пятый созыв. В 2019 году, к моему горькому сожалению, брата не стало…
Николай часто говорил, что это он дал мне путевку в жизнь. И это так. Помню, как он отвел меня за руку в первый класс школы (видимо, родители были сильно заняты), а сам побежал в свой шестой. Учились мы сначала в знаменитой школе № 1, затем, c шестого класса, – в школе № 15: ее построили на Перековке, рядом со старым детским интернатом и правлением колхоза имени Чкалова.
Помню всех школьных преподавателей, но особенно нашу любимую классную руководительницу, математичку Евдокию Константиновну Мишагину. Ее семья, как и наша, была из ссыльных. Евдокия Константиновна всю свою любовь и заботу отдавала школе, своим ученикам. На классные часы она приходила с ламповым магнитофоном «Комета» на катушках. Евдокия Константиновна на этой технике записывала нас. Спрашивала, кем бы мы хотели стать в жизни.
«Строителем», – тогда ответил я. Было это в классе седьмом.

– Каким был Ханты-Мансийск вашего детства?

– Спустя годы с каким-то щемящим чувством вспоминаю и бредущих по городским улицам коров, и лошадиные повозки, отчаянно конкурирующие с продвинутым транспортом – маленькими рейсовыми автобусами «кавзиками» (первый автобус на улицах Ханты-Мансийска появился в 1954 году), и эти деревянные тротуары, по которым мы бегали, не глядя под ноги.
И конечно, мы не представляли зиму без лыж. Горожане помнят, как каждую зиму, в любую погоду вставал на лыжню легенда югорского спорта, ветеран войны Виктор Яковлевич Башмаков. Зимой – лыжи, летом – бег.
Я, мои братья и сестра занимались в лыжной школе (ныне спортивная школа олимпийского резерва), которая открылась в Ханты-Мансийске в 1959 году.
Моим тренером был Степан Савельевич Мурашкин, с ним мы часто бегали кроссы по лесу весной и осенью, когда не было снега.
Старожилы Ханты-Мансийска помнят, как впервые в марте 1964 года в окружной столице прошли лыжные гонки на приз «Большой тюменской нефти». Героем первого дня на пятнадцатикилометровке стал Коля Шабанов, выигравший гонку и тем самым выполнивший норматив мастера спорта СССР. Он учился всего лишь в десятом классе.

– Как вы оказались на Самотлоре?

– В Тюменском индустриальном институте, куда я подал документы, было несколько факультетов. Поскольку я школу окончил с золотой медалью, выбрал самый модный и новейший электротехнический факультет, специальность «автоматика и телемеханика». Конечно, мне хотелось попасть в самую горячую точку – на Самотлор. Так и случилось. Свой трудовой путь на легендарном месторождении я начинал простым слесарем КИПиА, но через несколько лет работал уже заместителем главного инженера объединения «Нижневартовскнефтегаз». Я занимался внедрением автоматики, что повышало оперативность управления производством, приближало начало промышленного освоения месторождений на два-три года. Позже работал заместителем генерального директора объединения «Урайнефтегаз», а затем ушел в предпринимательство.

– Как возникла идея составить родословную?

– Когда мы собирались вместе всей семьей, разговор часто заходил о наших корнях. Мы с братом Николаем серьезно занялись составлением родословной, подключили специалистов. Таким образом смогли проследить наш казачий род Барышниковых с 1650 года.
В 1997 году Николай смог получить материалы уголовно-политического дела наших предков из Челябинского областного отдела ФСБ. В результате кропотливой работы с архивами родилась книга «Белый ветер, красный туман» – документальное свидетельство о массовых репрессиях крестьян Челябинской области в 1929 году.
К 90-летию округа вышла моя книга «Да разве сердце позабудет». В ней я делюсь своими воспоминаниями о том, чему был свидетелем, что оставило зарубки в памяти. Рассказываю и о родословной, и о самотлорском периоде жизни. Обстоятельства сложились так, что моей родиной стала Югра. Крутые берега Оби и Иртыша, вековая тайга с ее мошкарой… Да разве это позабудешь! Югра – особая территория, даже покинув ее, ты никогда не сможешь разорвать эту пуповину. Ее притяжение чувствуешь через сотни и тысячи километров. Именно поэтому мы в Москве создали югорское землячество, чтобы быть на связи с малой родиной.

Новости Югры