В 1974 году был снят фильм «Северный вариант» (режиссер Ольгерд Воронцов). Об этом факте мы решили вспомнить накануне 80-летнего юбилея Тюменской области.

Позабытый фильм, выполненный в духе производственных кинодрам, представляет интерес хотя бы потому, что в главном герое Юрии Кожеватове, которого играет Анофриев, угадываются черты знаменитого бурового мастера Семена Никитича Урусова, первооткрывателя шаимской нефти, почетного гражданина Югры.

Съёмки «Северного варианта» проходили вблизи в Тюмени, в Успенке, на территории тогдашнего ГПТУ-7. Там на буровой вышке обучались мастерству будущие разведчики нефтяных недр. В это время инструктором-наставником в училище работал Герой Соцтруда буровой мастер Семён Никитич Урусов.

Сюжет фильма таков: в местечке Гиблая Протока бригада нефтяников второй год ведет разведывательные работы. Бригадир Юрий Кожеватов ходит мрачнее тучи: прогноз геофизиков не подтверждается - нефти на северном направлении нет. Москва требует сворачивать работы.

– Бурим с тобой два года, а нефти нет, хоть плачь, – выговаривает главному герою начальник геологической партии, которого играет замечательный Евгений Лебедев, народный артист прославленного БДТ.

– Нефть есть, но она просто не дается, на то она и нефть, – возражает ему Кожеватов.

– Госплан за твою интуицию денег не даст. Нужен фонтан. Это единственный аргумент в пользу северного варианта…

Такой разговор был и в жизни бурового мастера Урусова. В середине пятидесятых ему никак не удавалось наткнуться на нефтяные залежи на юге Тюменской области. Вода-вода, кругом вода…

«... Первоначально я работал в бригаде Карамова. Не Мелик-Карамова, это его сын был, Герой труда, Николай Борисович. А в бригаде отца, Борис Никитич его звали. Я работал сначала помбуром, потом бурильщиком два года. Когда Борис Никитич уходил на пенсию, он рекомендовал меня – вот кто может меня заменить.  С 1953-го я стал работать буровым мастером», – так рассказывал о первых шагах в профессии Семен Урусов журналистам.

Надо сказать, его наставник Борис Карамов приехал в Тюмень из Грозного, чтобы пробурить первую в области опорную скважину. В бригаде его в шутку называли «Борис Грозный»: характер был крутой. Шел 1948 год. Бурили по нынешним меркам можно сказать в центре Тюмени, на ул. Мельникайте. Но тогда это была окраина города, в этих местах тюменцы собирали лесную землянику. Тюменская опорная скважина глубиной две тысячи метров нефти не дала. Из недр шла минеральная вода: Но именно с этой скважины и начались планомерные геолого-разведочные работы по поиску нефти и газа в Западной Сибири.

Когда надоело «открывать воду», разведчики повернули на Север, бригада обосновалась в Тавдинском районе.

Но и там ничего кроме воды не нашли. Урусов мрачнел: сколько можно всухую бурить? Но тут вмешался начальник «Гавтюменьгеологии» Юрий Эрвье: «Надо ехать тебе в район Шаима. Там обязательно должна быть нефть». Урусов не возражал. Хотелось настоящего мужского дела. Фронтовик, он и в мирной жизни искал передовую.

Семен Урусов родился на юге Тюменской области – в небольшой деревеньке Гилевка, что под Ялуторовском. В1943-м семнадцатилетним ушел на фронт. Прошел всю Европу, с войны вернулся в 24 года. Выучился на бурильщика. Сибирь жила ожиданием предсказанных Иваном Губкиным открытий. А они как-то все не случались.  

На север за Урусовым поехали не все: многие из его бригады обзавелись огородиками, пообвыклись в Тавде, а на севере – ни кола ни двора. Потом, правда, жалели. Те кто рискнул (помбуры Владимир Шидловский, Алексей Распопов, дизелисты Иван Усольцев, Николай Пешков…) впоследствии ходили в героях, с медалями и орденами.

Нефть–то, как и предсказывал Эрвье, нашли!

Но сначала надо было попасть на Конду. Добирались долго: машиной из Тавды, потом самолетом Ан-2 с поплавками с озера Андреевского. Жен, детей с нехитрым скарбом погрузили в Тюмени на баржи.

Бригада нуждалась в рабочих руках. Урусов вместе с секретарем Кондинского райкома комсомола Леонидом Тайлашевым убеждал местных ребят – охотников, рыбаков – идти работать на буровую. Изыскатель Юрий Зольников рассказывал, что Урусов во многом определил его профессиональный выбор. «Как-то в Кондинскую школу пришел Семен Никитович Урусов с новенькой звездой Героя Социалистического Труда на груди, стал рассказывать о богатствах, хранящихся в недрах нашей земли. Про нефть мы тогда услышали от него впервые. В общем, я тогда твердо решил стать геологом. В 1964 году поехал учиться в Миасский геолого-разведочный техникум…».

А открытие Шаимского месторождения случилось так. Первая скважина, 2-Р, дала нефть. Правда, небольшую, всего лишь полторы тонны в сутки. Начальник Шаимской экспедиции Михаил Шалавин спрашивал у опытных рабочих: «Как должен выглядеть фонтан?». Те что-то объясняли, но никто точно не знал как: фонтанов в глаза еще не видели. Работали-то с эксплуатационными скважинами, а это разведочная. Прилетело начальство из Тюменского обкома партии. Видно было, что результаты их разочаровали. Хотелось побыстрее партии и правительству доложить об открытии месторождения, а тут нефти с гулькин нос.

Для исследования Мулымьинской площади пробурили следующую скважину, № 7. Она оказалась более результативной: суточный дебит уже составлял до 12 тонн нефти. Проходку снова вела бригада Семена Урусова. Но в какой-то момент струя нефти фыркнула и иссякла. Обе скважины, пробуренные на Мулымьинской площади, вскрыли кристаллические породы палеозоя. Рассчитывать на получение в этих условиях больших устойчивых притоков не приходилось. В поисках проницаемых коллекторов песчаников, которые могли дать большие притоки, заложили скважину № 6 на берегу Конды. 21 июня 1960 г. начальник Шаимской нефтеразведочной экспедиции Михаил Шалавин направил в адрес начальника Тюменского геологического управления Юрия Эрвье радиограмму: «скважина периодически фонтанировала... с дебитом 350-400 тонн в сутки». Геолог Махалин рассказывал, что дебит был в разы больше. Но Шалавин после предыдущих испытаний побоялся сообщить о реальных объемах, на всякий случай уменьшил показатели. Могли ведь и с работы снять, если что не так...

«Когда открыли задвижку, вздрогнула труба, и мощный поток нефти и газа хлынул в вырытый амбар, превратившийся вскоре в нефтяное озеро. Вот тогда мы поняли, что такое фонтан», – вспоминали очевидцы.

После шаимского фонтана к Семену Никитичу пришло признание. В 1963 году Урусову вместе с Юрием Эрвье, увклекшим его на Север, было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Семён Никитович Урусов воспитал более 50 бурильщиков и буровых мастеров.

С северным вектором поиска, выходит, Урусов не ошибся. А что касается фильма «Северный вариант», то он, конечно, же спустя 50 лет, выглядит несколько наивным. Но песня, которая там звучит, ушла в народ:

Песню эту, кстати сказать, написал Олег Ануфриев, сыгравший главную роль в фильме.

Служба информации